Herr Dorn
Узурпатор счастья-продаю за улыбки и хорошие истории
Кто лучше меня знает и ближе знаком, кому я рассказывал о своих вкусах и уже успел надоесть разговорами про книжки, тот может помнит, что читать я вообще начал поздно, всего лишь на курсе втором-третьем. Читать не в смысле книжку в год для красного словца в кулуарах, но все же с некоторым постоянством. И помнит он, что взялся я за зарубежную классику (за редким исключением), на русскую же плевался (исключая Достоевского). Перестал же плеваться только год-полтора назад, когда взялся за Набокова, Булгакова, а потом Пастернака. Мне импонировали эти писатели, некоторые их (и не только их) произведения я до сих пор вспоминаю с нежностью, они оказали на меня влияние.
Не знаю почему, но мне казалось, что есть что-то неправильное в советской литературе, в советской культуре, в советском выборе правильных книг.
И вот сейчас, читая "В круге первом" Солженицына эта неправильность просто режет по глазам. Уже давно научился не верить всему в книгах. И этой книге верить не хочу и не буду до конца. Но все же можно проверить. И многое, как мне кажется (именно кажется на каком-то интуитивном уровне), здесь - правда. И такая гадкая, ожидаемая и пошлая, что просто сил нету. И что самое противное - сейчас все повторяется, по извращенному, в совсем других тонах и совсем другими средствами - но все та же клоака расползается по России. Все так же люди с промытыми мозгами, оруэлловские псы, только уже не с одним, но с маленькой армией надзирателей-свиней, затыкают все пробки и закручивают гайки, собирают дань с людей.
Противно тут быть.
Но я отвлекся. Самый важный тезис книги:
-Жизнь дана один раз. Но и совесть дана тоже только один раз.
И все, что можно прочитать здесь-посвященно именно этому.
Мне кажется каждый человек должен прочитать эту книгу. К самому Солженицыну я относился раньше очень недоверчиво. Как точно описанов книге "Я его книг не читал, но как любой советский человек осуждаю...". Потом были Раковый корпус и Один день.... Теперь думаю о Архипелаге. И вы задумайтесь. Мало книг в российской прозе, эта одна из важнейших